Partita.Ru

Аркадий Гурфинкель. «Отображение души»

Корень могучего музыкального дуба

Аркадий Леонидович Гурфинкель 1990 годы. В Израиль хлынула большая волна репатриантов с шестой части суши планеты, из бывшего СССР. «Девяностники», как я называю этих людей, в том числе и себя (по аналогии с шестидесятниками). Людей, решившихся на отчаянный шаг: начать жизнь с белого листа, «сменить родину», хоть и непатриотично это звучит — найти счастье в новой стране, в Израиле. С этим миллионным потоком людских ресурсов приехала в Израиль и масса музыкантов. Израиль был рад этому, но как всем этим людям дать уверенность в правильности своего выбора, устроить их всех по специальности?

К счастью, музыка у нас оказалась очень востребована. В стране, как грибы после дождя, стали возникать новые оркестры, уже существующие пополнились новыми талантливыми оркестрантами. Музыкальные учебные заведения значительно расширились, но и этого всего не хватало.

В это время меня пригласили возглавить духовой оркестр в городе Петах-Тиква. Но легко сказать «возглавить» — оркестр только предстояло организовать. Директор местной консерватории Арье Рувен предоставил на вечернее время помещение для репетиций, необходимый инвентарь... С инспектором оркестра Аликом Шапиро и преподавателем консерватории Давидом Гительманом в короткий срок мы нашли 35 музыкантов и начали готовить концертную программу.

Все музыканты, без исключения, были исполнителями высокого уровня. Приведу только некоторые, весьма известные, имена: Н. Бирман, в недавнем своем прошлом солист симфонического оркестра Уральской филармонии, Д. Левитас, солист Государственного симфонического оркестра Украины, С. Трегубов, солист оркестра кировского оперного театра, М. Гурфинкель, лауреат всесоюзного конкурса исполнителей, А. Гурфинкель, его отец, известный в Украине кларнетист и преподаватель. Слава Магидин — концертмейстер группы ударных инструментов новосибирского оперного театра, Гена Турчинский — солист-фаготист волгоградского симфонического оркестра, А. Кременчудский — заведующий духовым отделом харьковского музыкального училища, А. Сапожников — солист оркестра минского театра оперы и балета, М. Гуревич — сегодня дирижер Оркестра полиции Израиля, Юрий Горлин — заведующий духовым отделом Киевского музыкального училища имени Р. Глиера, и многие другие, им подстать.

Впечатляет такой список?! Но он еще далеко не полный!

К сожалению, в муниципалитете Петах-Тиквы не нашлось денег для полноценного существования этого коллектива, и после первого концерта, который прошел с большим успехом, музыкантов распустили... А жаль. С тех пор со многими коллегами из того «несостоявшегося» коллектива я дружу. Среди них Аркадий и Михаил Гурфинкели, отец и сын. Дружу уже и с их детьми и внуками, продолжателями этой музыкальной династии Гурфинкелей, Алексом и Даниэлем, которых иначе как вундеркиндами не называют, но об этом позже. Вот такая семейственность. Династия отличных кларнетистов, подобных музыкальных семей в мире, наверное, немного. Обо всех участниках этого квартета можно рассказывать долго, у каждого весомый «портфель заслуг». И начну я с самого главного и почитаемого в этой семье — с Аркадия Гурфинкеля. Он — тот корень могучего музыкального дуба, от которого пошла такая замечательная крепкая поросль, как его сын и внуки. И, что необходимо подчеркнуть, ни на ком из них «природа не отдохнула», вопреки расхожему мнению, что талант — он уникален и далеко не всегда передается по наследству дальше.

Не могу не вступить в диалог...

— Аркадий Леонидович, вы занимались в одесской консерватории, и тут я не могу не вступить с вами в диалог на эту тему, потому как уж очень многое связывает меня с Одессой, с ее музыкальным миром. Оказывается, я учился у вашего однокурсника, а сегодня профессора Калио Эвальдовича Мюльберга. Ваш преподаватель по кларнету — Вера Петровна Базилевич, с которой я был близко знаком. Об этом замечательном музыканте и человеке мною написан очерк-воспоминание «Чтобы помнили». А у руля консерватории был известный украинский композитор, дирижер К. Ф. Данькевич, думаю, он был одним из самых известных в музыкальном мире ректоров за всю историю этого учебного заведения.

Справка. Данькевич Константин Федорович — композитор, дирижер, педагог, музыкально-общественный деятель, народный артист СССР (1954). С 1929 года преподаватель, с 1948-го профессор по классу композиции одесской консерватории, в 1944–1951 годах — ректор. В 1956–67 гг. председатель правления Союза композиторов Украины. Основные его сочинения: оперы «Трагедийная ночь» (1934), «Богдан Хмельницкий», «Назар Стодоля» (1960); балет «Лилея» (по Т. Г. Шевченко, 1939); оратория «Октябрь» (1957); две симфонии (1937, 1945); четыре симфонические поэмы, в том числе «Тарас Шевченко» (1939), камерные и хоровые произведения, музыка к драматическим спектаклям и фильмам, другое.

— Он интересный автор многих музыкальных произведений в различных жанрах. Расскажите, каким вы запомнили Данькевича.

— Его опера «Богдан Хмельницкий» наделала «много шуму» в свое время. Ее даже ставили в Москве, и «великий знаток оперного искусства» Иосиф Виссарионович почтил своим присутствием ее московскую премьеру во время декады украинского искусства в 1951 году. Вот было время! За реакцией Сталина на оперу внимательно наблюдали. Любое его поощрительное замечание или возглас немедленно обретали значимость. Так роль Лизогуба исполнял Семен Яковлевич Коган, довольно хороший тенор. «Неплохой голос», изрек на постановке Сталин, и этого было достаточно, чтобы Когану немедленно присвоили звание заслуженного артиста Украины. Так было и с некоторыми другими солистами... Вокруг оперы было много полемики, Сталин приказал либретто переделать. Но это уже другая история.

И еще одна история вспомнилась мне, связанная с Данькевичем, забавная. Это уже из нашей студенческой жизни. Весна 1949 года, наш курс сдавал госэкзамен по истории партии (В.К.П.Б.) Передо мной сдает экзамен одаренный скрипач, в дальнейшем музыкант Большого театра Гарик Шойхет.

Вытягивает билет и молчит. Не знает ничего. Педагог обращается к директору консерватории Данькевичу и говорит, что вынуждена поставить этому студенту двойку. А это значит, отчисление. Решили как-то спасти положение. После уговоров экзаменатора, вот уже в роли экзаменующего сам Константин Федорович Данькевич. Он говорит: «Гарик, я вам задам один вопрос, ответите — считайте, что сдали экзамен. Вопрос таков: какую должность занимает И. В. Сталин?»

Гарик долго думает, и продолжает молчать. «Посмотрите на стену...»,— предлагает студенту Данькевич. А там висел портрет Сталина и внизу было подписано, кто он. «Ну?!» «Товарищ Сталин — директор Советского Союза!», — выпалил Гарик.

«Я вам ставлю двойку,— промолвила экзаменатор и добавила: Ну, не могут в советских вузах заниматься такие студенты!»

Шойхет был исключен, ему пришлось искать работу. Он прошел по конкурсу в оркестр Большого театра, а затем работал в театре с мировым именем — в «Метрополитен-опере». Так что не сильно пострадал оттого, что не знал, кто такой Сталин...

В одесской консерватории Константин Федорович Данькевич вначале сам учился, а затем проработал там более 20 лет, поэтому значение его в истории этого старейшего музыкального учебного заведения огромно. Кстати, раньше одесская консерватория именовалась одесским музыкально-драматическим институтом. Вот так! Уже много лет одесское музыкальное училище носит имя Данькевича.

Помню, что он был большим внешне человеком... У него были большие руки и толстые пальцы, но это не мешало ему блестяще играть на пианино. Он даже был лауреатом всеукраинского конкурса исполнителей. Человек он был, безусловно, всесторонне одаренный. Кроме композиторской деятельности, дирижировал одесским симфоническим оркестром, своими оперными постановками. Писал стихи и музыку к ним. Сам исполнял.

Каждый год в консерватории проходили капустники. Ну а как же без них в Одессе, столице юмора?! Данькевич был их идейным, и я бы сказал, художественным руководителем. Писал сценарии, стихи и музыку. Был очень этим увлечен.

А вот с оперой его друга Вано Мурадели было не до юмора. Я имею в виду высочайший разнос нашумевшей оперы «Великая дружба». И хотя автором либретто был Г. Мдивани, Вано тоже получил по шапке сполна.

В одесском оперном театре репетиции «Великой дружбы» шли полным ходом. Планировалось выпустить спектакль после премьеры в Москве. Нас как-то даже сняли со всех занятий, и повели в оперный театр на генеральную репетицию. И вдруг, это постановление об опере, объявившее оперу «Великая дружба» безыдейной! И вся работа была моментально свернута.

Не хочу более развивать эту политическую тему, а то мы далеко уйдем от сути нашего очерка. Но скажу, что не забыл, до сих пор помню, как Данькевич собрал весь педагогический состав консерватории, студентов, и зачитал то эпохальное постановление.

В конце речи у него вырвалось: «А ведь говорил я Вано, предупреждал, что с этой оперой накличет он себе беду!». И смахнул слезу.

Константин Федорович был человеком эмоциональным, чувствительным и близко все принимал к сердцу. Не уверен, что точно процитировал те «исторические» слова Данькевича, но суть примерно была такова. Уж извините, столько лет прошло...

Справка. Постановление ЦК ВКП (б) от 10 февраля 1948 года «Об опере „Великая дружба“ В. Мурадели», в котором провозглашалась «главной задачей текущего момента на музыкальном фронте борьба с формализмом в композиторском творчестве». После выхода этого постановления, в ряде консерваторий страны, в том числе и в одесской, были расформированы кафедры композиции. Оценки творчества отдельных композиторов, данные в этом постановлении, в ряде случаев были бездоказательными. В опере В. Мурадели «Великая дружба» имелись недостатки, которые заслуживали деловой критики, однако, они не давали оснований объявлять оперу примером формализма в музыке. Талантливые композиторы Д. Шостакович, С. Прокофьев, А. Хачатурян, В. Шебалин, Г. Попов, Н. Мясковский и другие, в отдельных произведениях которых проявлялись неверные тенденции, были огульно названы «представителями антинародного формалистического направления».

«Мама умерла, а мне всего 12...»

— Аркадий Леонидович, мы увлеклись с вами любимой Одессой и упустили важный вопрос: как все начиналось?

— Начну с того, что в моей семье музыкантов не было. Так было судьбе угодно, что музыкантом я стал совершенно случайно. В 1941 году, когда началась война, отца призвали в армию и отправили на фронт. А меня с матерью, братом и сестрой эвакуировали в Ташкент. Через год мама умирает, а мне только 12. В это время в Ташкенте находилась в эвакуации Воронежская школа военно-музыкантских воспитанников. Зная о наборе в школу, мы с братом подали заявления и были зачислены. Я был принят в класс кларнета преподавателя В. А. Гетмана. Сам он был аспирантом ленинградской консерватории. Прекрасный исполнитель. Кстати, ленинградская консерватория тоже в это время находилась в Ташкенте. Так что мне повезло со всех сторон. У Василия Алексеевича я занимался недолго, так как вскоре его отозвали в Москву, в симфонический оркестр кинематографии, а также преподавать в музыкальном училище имени Гнесиных.

Справка. Гетман Василий Алексеевич (1914–1993). В 1928–1933 годах музыкант военно-духового оркестра, в 1937 окончил рабочий факультет (техникум) московской консерватории, в 1937–1941 учился в московской консерватории (класс А. Семенова), в 1941 окончил ленинградскую консерваторию (класс А. Березина), в 1939–1966 — солист симфонического оркестра Комитета кинематографии СССР, с 1943 года преподаватель музыкального училища имени Гнесиных.

— В 1944 году я окончил школу музыкантских воспитанников и получил направление в оркестр киевского военного училища связи. От музыкантов оркестра узнал, что в киевском музыкальном училище работает известный педагог профессор Л. И. Хазин.

Справка. Хазин Лев Иосифович. (9/05 1870, Чигирин, Киевская губ., — 13/03 1952, Киев). Исполнитель, педагог, заслуженный артист УССР (1938). С 1900 по 1946-й — солист оркестра киевского театра оперы и балета. Преподавал в киевской консерватории.

— Вышел смешной, на мой взгляд, эпизод. При поступлении в училище, играл я марш С. Чернецкого «Родной Донбасс», так как в моем репертуаре ничего не было, кроме маршей. Хазин меня заинтересовал с первых уроков и увлек настолько, что я фанатично полюбил кларнет и стал очень много заниматься. И это у меня было на первом плане, все остальное для меня стало неважным. Лев Иосифович был и блестящим исполнителем. Я часто ходил на оперные постановки, только лишь с тем, чтобы послушать игру своего учителя. За 50 лет его педагогической деятельности он воспитал плеяду первоклассных кларнетистов: М. Войнаренко — был солистом симфонического оркестра УССР, А. Марков — на то время солист симфонического оркестра Гостелерадио УССР, И. Шварц — солист львовского тетра оперы и балета. А. Пресман — солист оркестра Большого театра Союза СССР, С. Ригин — профессор киевской консерватории. И еще один штрих в биографии Хазина: он одним из первых музыкантов-духовиков получил звание заслуженного артиста УССР и орден «Знак Почета».

Развивая музыкальную выразительность

— В 1947 я поступаю в киевскую консерваторию, в класс Хазина, но вскоре по семейным обстоятельствам перевожусь в одесскую консерватория в класс В. П. Базилевич.

Вера Петровна была многогранная личность. Дирижер симфонического оркестра, играла на органе в оперном театре, преподавала музыкально-теоретические дисциплины, она еще и преподаватель кларнета. Класс у нее был маленький, но среди ее учеников было много талантливых студентов. Вот некоторые из них, ставшие выдающимися: Павел Дроздов, в будущем дирижер киевского оперного театра, Калио Мюльберг — лауреат международного конкурса, профессор одесской академии музыки, заслуженный деятель искусств УССР.

Вера Петровна на уроках дирижировала. Я перенял ее методику и тоже это делаю. Считаю, что это дает большой результат для развития музыкальной выразительности.

— Имя вашего соученика Дроздова часто звучало в рассказах моего педагога Калио Эвальдовича. Поэтому я знаком со многими его принципами в музыке. Вот один из постулатов Петра Васильевича Дроздова: «Перед выступлением в концерте музыкант должен в классе, на репетиции, играть на 110 процентов, так как на сцене, оставшись один на один со слушателями, он обязательно потеряет от волнения 10 процентов (а без волнения на сцене нечего делать), тогда останутся необходимые 100 процентов качества». Жалко очень, что столько лет, будучи с вами знаком, Аркадий, не знал вашу тесную связь с Одессой, ее музыкальным миром. Уверен, вы бы органично добавили мне много интересного материала и воспоминаний о Вере Петровне Базилевич.

— В 1949 году я возвращаюсь в Киев. Конечно же, к своему бывшему педагогу Хазину. Я являюсь одним из последних его учеников.

— Итак, учеба закончилась. А что дальше?

— После окончания консерватории получаю направление в Донецк, в симфонический оркестр под руководством, без преувеличения, прекрасного дирижера С. С. Фельдмана. По совместительству стал работать в музыкальном училище. Так началась моя педагогическая карьера.

В 1958 году после приглашения главного дирижера днепропетровского симфонического оркестра Г. Проваторова переезжаю в Днепропетровск. И тут я продолжал преподавать в музыкальном училище. С симфоническим оркестром часто выступал и как солист-инструменталист. Организовал трио (кларнет, скрипка и фортепиано).

У меня было два состава этого трио. Первый — это Светлана Миндлина, выпускница ленинградской консерватории и аспирантуры класса профессора П. Серебряковой и Роман Цынман — выпускник киевской консерватории. И второй состав: Г. Логвин — скрипка, концертмейстер оркестра театра оперы и балета, Г. Ушакова — фортепиано, одна из лучших педагогов музыкального училища. Выступлений было много. В таких знаковых местах с искушенной слушательской аудиторией, как Русский музей, Дом ученых... Гастролировали с концертами по городам Украины. Знаменательным для меня было выступление в стенах родной консерватории Киева. Много произведений для этого состава я переложил сам.

«Гурфинкель всегда воспитывал первых»

Константин Кейтлин — ученик Аркадия Гурфинкеля. После музыкального училища поступил в Донецкую консерваторию , затем продолжил учебу в Иерусалимской академии музыки и танца им. Рубина. С 2004 года работает в джаз-клезмер-бэнде «Apropos.Art» под управлением композитора Юрия Поволоцкого. Ему слово о его учителе Аркадии Гурфинкеле.

— Я окончил музыкальную школу в Днепропетровске. Затем с красным дипломом днепродзержинское музыкальное училище, у лучшего педагога на то время Аркадия Леонидовича Гурфинкеля. И в школе тоже занимался у Гурфинкеля. Стал лауреатом различных престижных конкурсов.

Аркадий Леонидович был одним из самых уважаемых педагогов школы и музыкального училища. Этот человек всегда работал для того чтобы его воспитанники были первыми в своем деле. Думаю, если бы не мой учитель, я бы и не состоялся как кларнетист. Сколько внимания и тепла я от него получил. Но главное это его принципиальность в педагогике. Каждый его ученик — это отдельный «проект». Причем «проект» не начатый и брошенный, как это нередко бывает, а доведенный до логического конца — до исполнительского мастерства.

«Везде я был горд называться учеником Гурфинкеля!»

Письмо от К. Кейтлина.

Здравствуй, Борис! С удовольствием вспоминаю по твоей просьбе годы учебы у Аркадия Леонидовича Гурфинкеля. Это мой любимый и, как я считаю для себя, единственный учитель. Так как достойнее Аркадия Леонидовича Гурфинкеля, как учителя, у меня не было!

Практически все то, чем я владею сейчас, этим я обязан ему, все это я получил у него в музыкальной школе! Только более усовершенствовал с годами методику Аркадия Леонидовича. Когда он уехал в 1991 году, если мне не изменяет память, я учился в 9-м классе. Я не знал, предстоит ли нам еще увидеться и очень переживал по этому поводу. Чтоб не забылось, я по памяти начал записывать все, что говорил мне Аркадий с первого класса, когда я учился вначале в 12-й, а потом в 3-й музыкальных школах города Днепропетровска. Я разыгрываюсь до сих пор по его системе и того же требую и у моих учеников и студентов.

Я перенимал опыт и у его лучших учеников, таких как Виталий Золотоносов, Дмитрий Логвин, Валерий Шульга, Павел Абдулрагимов... У каждого из них были плюсы и минусы, некоторые их приемы были очень полезны для моего исполнительского продвижения, но постичь преподавательской вершины Аркадия Леонидовича, не удалось никому. Я всегда и везде был очень горд называться учеником Аркадия Гурфинкеля!

Характеристика Аркадия как педагога, по моему мнению, это, прежде всего — любовь и уважение к ученику, фанатизм и преданность профессии, требовательность и самоотдача. Когда я приехал в Израиль, и мы вновь встретились, я был немного удивлен. После того консервативного Аркадия, который запрещал играть все, кроме классики, все, включая вибрато и джаз, он мне сказал: «Костя, играй клезмер, здесь за него хорошо платят!». И дал мне много клезмерских нот. И за это я тоже ему благодарен. Что ж, нужно как-то профессионально приспосабливаться к новой жизни в новой стране. А еще, нам удалось вместе поиграть в симфонической программе. Причем меня Аркадий Леонидович посадил на первый кларнет, а сам играл второй. И во время перерыва он мне сказал, что поражен моей игрой и читкой, и что на самом деле, 15 лет назад, когда он уезжал, не возлагал на меня каких-либо больших надежд... Это было откровение!

Мы и сейчас иногда перезваниваемся (к моему стыду, редко). Но я слежу постоянно за сыном учителя Мишей Гурфинкелем (обожаю его игру в опере!), за творчеством сыновей Михаила и всей династии Гурфинкелей! Дай Бог Аркадию Леонидовичу и его супруге еще долгих лет жизни, талантливых учеников, здоровья и благополучия! От лица всех учеников — наша любовь и огромная вам благодарность, Учитель!

Главные ученики педагога Аркадия Гурфинкеля

— Аркадий, у вас уже 50 лет педагогической деятельности. Полвека! Хотя подводить итоги еще может быть и рано. Но все-таки... Гурфинкель как педагог состоялся!

— Да, 50 лет, что ни говори, а это звучит! За это время были у меня разные ученики и с разными способностями. Но во всех случаях я вкладывал в них душу. Не все стали признанными музыкантами, но многие из них — да! И это моя гордость. Свыше 25 моих выпускников поступили в разные консерватории страны, в том числе в Москве и в Ленинграде. Денис Северинов — дипломант республиканского конкурса исполнителей на духовых инструментах. Дмитрий Логвин стал дирижером, возглавлял Национальный камерный оркестр Украины, заслуженный деятель искусств УССР. Многие мои ученики работают в Германии, США, Канаде, России, Израиле и в других странах.

— Аркадий Леонидович, чувствую, что мы уже дошли до кульминации нашего повествования. Самое время поговорить о ваших главных учениках — о продолжателях семейной музыкальной традиции. Ваш сын Михаил Гурфинкель заметная личность на музыкальном олимпе Израиля. И ваши внуки, о которых, пожалуй, только в Африке не знают. Правда, им это и не надо.

— Мой сын Михаил очень одаренный музыкант, а также он обладает, я бы сказал, еще и природным артистизмом. В 1983 году он завоевал звание лауреата Всесоюзного конкурса исполнителей. Окончил музыкально-педагогический институт имени Гнесиных в классе профессора А. А. Федотова. Работал в известном симфоническом оркестре под управлением Геннадия Рождественского. С 1990 года живет в Израиле. В этом же году, то есть, сразу же в новой стране, принят в симфонический оркестр города Ришон-ле-циона, который считается оркестром оперного театра Израиля. На одном из концертов камерной музыки, в котором также принимали участие и музыканты филармонического симфонического оркестра под управлением известного во всем мире дирижера Зубина Меты, он был отмечен. Маэстро понравилась игра Михаила, и через короткое время мой сын получил приглашение на гастроли с филармоническим оркестром. После этого он часто играет с этим известным во всем мире коллективом.

Справка. Гурфинкель Михаил Аркадьевич (1960) — кларнетист, педагог, исполнитель. Лауреат Всесоюзного конкурса (Одесса, 1983, вторая премия), в 1979 году окончил днепродзержинское музыкальное училище (класс А. Гурфинкеля), в 1984 — музыкально-педагогический институт имени Гнесиных (класс профессора А. Федотова), в 1982–1990 годах — артист симфонического оркестра министерства культуры СССР, с 1990 года концертмейстер группы кларнетов симфонического оркестра города Ришон-ле-Циона (Израиль), который также является оркестром Новой израильской оперы. Преподаватель консерватории города Кфар-Сабы (Израиль). Михаил Гурфинкель не ограничивается работой в оркестре и преподаванием. Он часто и много выступает с концертными программами в своей стране и за рубежом. Проводит мастер-классы игры на кларнете. Двое его сыновей Даниэль и Александр, тоже пошли по стопам отца и деда. Дед — Аркадий Гурфинкель известный в бывшем Советском Союзе преподаватель по классу кларнета. Среди его учеников много талантливых кларнетистов — лауреатов всевозможных исполнительских конкурсов. Иначе как «братья-вундеркинды» теперь не называют Даниэля и Александра. Они выступают с самыми знаменитыми дирижерами и оркестрами мира под управлением Зубина Меты, Владимира Спивакова, Юрия Башмета, Дмитрия Логвина и других.

«Их музыкальные способности обнаружились рано»

— 1992-й год был для вас, Аркадий, знаменателен!

— В 1992 году у нас родились внуки-близнецы Алекс и Даниэль. Когда им исполнилось по 6 лет я стал заниматься с ними на блок-флейте. Сказать, что я уже тогда видел свет в конце туннеля, то есть знал, что из этих деток получатся выдающиеся музыканты — нет, конечно... Но мне было интересно дать им музыкальное воспитание. Их музыкальные способности обнаружились рано.

Скорее всего, мы с сыном Михаилом решили учить ребят музыке для общего их развития. А там видно будет, как говорится. Игра на музыкальном инструменте, по моему мнению, развивает многие качества ребенка, приучает с детства к труду. Расширяет сферу интересов, лучше дает понимание цвета, звука... Дело наше двигалось на удивление хорошо. Детям нравилось все, что мы им задавали и ... в 6 лет мы их перевели на кларнет. Это была точка отсчета.

В 12 лет Даниэль и Алекс уже выступают с симфоническим оркестром. Дирижировал сам Маэстро Зубин Мета. Они исполнили концерт Кромера для двух кларнетов. После концерта, который прошел с большим успехом, Зубин Мета сказал им и нам: «Продолжайте играть дуэтом. Это очень интересно и имеет перспективу!»

С 12 лет учителем ребят является их отец Михаил. В 13 лет они уже выступают в Москве с оркестром «Виртуозы Москвы» под управление Владимира Спивакова. Был исполнен Концерт Ф. Мендельсона. Программу концерта вел Станислав Бэлза. Затем выступление в престижном зале Чайковского с камерным оркестром «Солисты Москвы», дирижер Юрий Башмет. Вот так началась их концертная жизнь в Израиле и за рубежом. В 2012 году на международном конкурсе камерных ансамблей во Франции мальчики получили звание лауреатов.

Талантливый композитор Борис Юсупов специально для них написал концерт для двух кларнетов «Отображение души». Премьера состоялась в Софии с симфоническим Оркестром радио и телевидения Болгарии. Дирижировал сам автор, Борис Юсупов.

Также не менее интересные произведения для них написали в Израиле Гиль Шохат, Шломо Гроних, Юрий Поволоцкий, другие авторы. Но уже не для дуэта, а для трио: к дуэту присоединился отец с бас-кларнетом.

За 10 лет концертной деятельности мои внуки выступили в 28 странах! Сегодня они заканчивают Иерусалимскую академию музыки и танца Рубина. И у кого бы вы думали? Правильно: это класс профессора Михаила Гурфинкеля!

— Аркадий Леонидович, хочу дополнить. Мне вспоминается недавний приезд в нашу страну с мастер-классами известной российской саксофонистки, народной артистки Российской Федерации, профессора Российской академии музыки имени Гнесиных Маргариты Константиновны Шапошниковой. Мы вместе с вами слушали концерт Хайфского симфонического оркестра, на который нас любезно пригласил ваш сын Михаил. Среди прочих исполняемых оркестром произведений, в программу было включено выступление трио, в котором на бас-кларнете играл Михаил и два ваших внука на кларнетах. Несмотря на их уже мировую известность, глядя на вас, я заметил, что вы волнуетесь. Ведь так?

Я знаю, что вы с Шапошниковой давние знакомые. И по конкурсам духовиков, и по концертным выступлениям Маргариты Шапошниковой на Украине, по ее мастер-классам. А с вашим сыном она не раз встречалась в стенах Гнесинки, где много лет работает, а ваш сын учился.

Вам было очень важно мнение известной гостьи из Москвы, «авторитета» в области музыки, особенно среди духовиков. Экзамен прошел успешно. Игра ваших питомцев была безупречна. Особенно понравились Сюита израильского композитора Шломо Грониха, которую он написал специально для этого ансамбля кларнетистов.

***

Мой собеседник известный израильский композитор, герой моего недавно написанного очерка «Иерусалимский Дивертисмент» — Юрий Поволоцкий. Советую прочитать, очень интересная судьба у этого талантливого человека...

— Юрий, ты давно дружишь с семьей Гурфинкелей. Расскажи нашим читателям об этой удивительной кларнетовой династии?

— Когда мы говорим о творческих династиях, то обычно вспоминаем наиболее знаменитые и показательные случаи, сетуя на то, что в наше время технических и информационных соблазнов не так-то легко целенаправленно приобщать своих детей к музыке как к профессии. Они хорошо видят, сколь труден и непредсказуем путь человека, для которого этот вид искусства стал делом всей жизни. Поэтому, пример семьи Гурфинкелей в их преданности исключительно одному инструменту — кларнету — сегодня воспринимается в качестве счастливого исключения.

Когда в начале 80-х мы вместе с Михаилом Гурфинкелем бороздили просторы Гнесинки, никто не мог предположить, что спустя короткое время будем общаться друг с другом уже в Израиле, а еще через пару десятилетий, когда подрастут его замечательные сыновья-близнецы, мне предложат принять участие в создании репертуара для их уникального дуэта. При этом Миша, будучи знакомым с некоторыми моими работами, поставил не самую простую задачу — написать сочинение в духе «Скетчей Старого города», созданных довольно давно для кларнета соло. По сути, предстояло дважды войти в одну и ту же реку. Не скажу, что это далось легко: ведь всякий раз требовалось обходить соблазны самоповторов и избегать однообразия приемов. Помню, как тщательно подбиралось название, едва ли не тяжелее, чем вырисовывалась общая структура всего произведения. В результате остановились на «Картинках забытого городка» — и это, пожалуй, единственное, что близко примыкает по смыслу к «Скетчам»: та же сюита, те же 4 части. И все же два кларнета — это в два раза больше выразительных возможностей!

Поскольку премьера «Картинок» состоялась в Китае, мне довелось присутствовать на первом израильском исполнении. Я знал, что музыка ребятам нравится, что они с легкостью справляются с теми местами, которые казались мне трудными, но услышанное превзошло все ожидания. Наблюдая за игрой Александра и Даниэля, я про себя думал, что какой бы замысел ни возникал у автора, сколько ремарок он ни поставил бы в тексте — все равно это остается голыми нотами или, скажем, некоей схемой до того момента, когда выходят на сцену эти два молодых музыканта, способные творить чудеса. Иначе, как театром это назвать нельзя. Неудивительно, что публика, всегда относящаяся к новой незнакомой музыке с настороженностью, по окончании взорвалась аплодисментами.

Конечно, для меня, как и для любого автора, такой успех — лучший стимул для создания новых произведений. И я уверен, что в скором времени они обязательно появятся.

«В джазе только классика»

Из материалов Интернета за 2008-й год

Дуэт израильских братьев-кларнетистов Александра и Даниэля Гурфинкелей давно уже известен на весь мир. С юных лет одаренные близнецы выступают с самыми знаменитыми оркестрами и сотрудничают с самыми выдающимися дирижерами. Среди почитателей их таланта — первые лица государств, жена экс-президента США Рональда Рейгана Нэнси Рейган, голливудский актер Майкл Дуглас. На концерте «В джазе только классика», который состоится 22 июня, в субботу, в 12.00, в монастыре Латрун, кроме нечастого для Израиля выступления знаменитого дуэта, публику ждет еще один сюрприз: вместе с сыновьями на сцену выйдет еще один выдающийся музыкант — первый кларнет Израильского симфонического оркестра Михаил Гурфинкель, отец и наставник юных дарований. В сопровождении Иерусалимского фестивального оркестра Владимира Баршевича Александр и Даниэль Гурфинкели исполнят ставшие уже классикой популярные джазовые стандарты, аранжированные для двух кларнетов и оркестра.

Благодаря диксилендам и романтичности тембра, кларнет еще на заре становления джаза стал одним из главных солирующих инструментов. Как в итальянской опере виртуозным было колоратурное сопрано, так в нью-орлеанском джазе виртуозом был кларнет. Со времен Моцарта, великолепно использовавшего богатейшие возможности этого инструмента в своих концертах для кларнета, в камерных произведениях и дивертисментах, нью-орлеанский джаз впервые предоставил кларнету одну из ведущих ролей. Позже устоять под натиском сопрано- и прочих саксофонов в эпоху свинга и бибопа кларнету помогли величайшие джаз-кларнетисты Сидней Беше, Бенни Картер, Бадди де Франко и отчасти Джерри Маллиган.

Однако принципиально новую жизнь кларнету на современной сцене дал непревзойденный Бенни Гудмен, который, помимо джаза, с успехом исполнял и классические сочинения, в том числе посвященные ему композиторами-современниками.

Не обошли этот нежный и гибкий музыкальный инструмент своим вниманием и композиторы классической музыки, использовавшие элементы джаза в своих сочинениях: знаменитая «Голубая рапсодия» Джорджа Гершвина начинается с соло кларнета, написанного в традициях джаза того времени. Соло кларнета звучит также в мюзикле Гершвина «Пусть гремит оркестр», одним из первых исполнителей этой партии был тот же Бенни Гудмен. Джазовые приемы использованы в «Эбони-концерте» Стравинского, в концертах Копленда и Хиндемита, в цикле «Прелюдия, фуга и рифы» Бернстайна и в других сочинениях.

Таким образом, в течение XX века был создан богатый, а главное уникальный, классический джазовый репертуар для кларнета с оркестром, наиболее ценные жемчужины, которого и продемонстрируют 22 июня, в субботу, в 12.00, в монастыре Латрун, братья-виртуозы Александр и Даниэль Гурфинкели на своем концерте «В джазе только классика» вместе со своим отцом Михаилом.

Как ни странно, Михаил Гурфинкель не является основателем семейной династии. Первым кларнетистом в этой семье был его отец — Аркадий Гурфинкель, ставший впоследствии известным музыкантом, аранжировщиком и педагогом. Именно он в 2000 году вложил инструменты в руки своих восьмилетних тогда внуков.

Сегодня близнецам Александру и Даниэлю Гурфинкелям всего лишь по 21 году, а за спиной у них серьезный багаж престижных музыкальных премий, выступления с ведущими израильскими и зарубежными коллективами, гастроли по странам Европы и Америки. На протяжении последних лет они были участниками многих международных концертов и фестивалей.

В репертуаре братьев Гурфинкелей — сложнейшие произведения классики и джаза. Еще в 15-летнем возрасте, выиграв престижную главную премию камерной музыки на фестивале «Duxbury» в США, они в очередной раз доказали свой высокий профессиональный уровень и мастерство владения инструментом.

На сегодняшний день Даниэль и Александр Гурфинкели — единственный дуэт близнецов-кларнетистов в мире, а их выступления всегда становятся настоящим триумфом!

Известный в Израиле и за рубежом Иерусалимский фестивальный оркестр в 1990 году основал и с тех пор успешно им руководит авторитетный скрипач и дирижер Владимир Баршевич. С оркестром ежегодно выступают один из лучших скрипачей в мире Сергей Стадлер, «королева виолончели» Наталья Гутман, одна из лучших пианисток мира Ирина Беркович, главный джазмен Израиля Леонид Пташка, солисты израильской оперы Феликс Лившиц, Ирина Бертман, Йотам Коэн и многие другие большие исполнители.

Концерт Александра и Даниэля Гурфинкелей в сопровождении Иерусалимского фестивального оркестра в монастыре Латрун организовала компания «Жемчужины классической музыки», уже много лет известная, как успешный устроитель музыкальных фестивалей, концертов классической и литургической музыки, а также фолка, джаза и рока, проводимых в живописных уголках Израиля: в церквях Августы Виктории в Иерусалиме и Святого Иоанна в Хайфе, в монастыре в Латруне и армянском монастыре в Яффо. Компания часто устраивает масштабные представления в открытом амфитеатре тель-авивского Центра «Азриэли». «Жемчужины классической музыки» — это разнообразные классические, литургические, народные, латиноамериканские, клезмерские и прочие программы, а также представления, составленные из арий и мелодий популярных опер и оперетт.

«Иногда нас путают даже родители»

Братья-близнецы Александр и Даниэль Гурфинкели рассказывают, что иногда их путают даже родители. «У нас ведь голоса практически одинаковые! По телефону первый вопрос мамы обычно: „Ты кто?“»

Эту любопытную и забавную деталь подметила журналист Ольга Сметанская из украинской газеты «Факты», поместив в своей газете небольшую зарисовку о юных вундеркиндах. Есть смысл ее здесь привести, чтобы взглянуть на наших израильских ребят глазами зарубежного читателя, бывших земляков семьи Гурфинкелей.

«В Киеве состоялся концерт восходящих звезд мировой классической музыки 16-летних близнецов-вундеркиндов из Израиля Александра и Даниэля Гурфинкелей. Юные кларнетисты — выходцы из Украины. Александр и Даниэль Гурфинкели приехали на этот раз в Украину по приглашению художественного руководителя и дирижера знаменитого днепропетровского камерного оркестра „Времена года“ Дмитрия Логвина — для участия в совместном концерте в Национальной музыкальной академии Украины. Выступление юных дарований в Киеве стало настоящим триумфом. Цветы, бурные овации, вызовы на „бис“... И нам это особенно приятно, потому что корни восходящих звезд братьев Гурфинкелей в Украине: ребята из днепропетровской потомственной семьи музыкантов-кларнетистов, эмигрировавшей из СССР в 1990 году».

Мест в зале нет... даже и для журналистов...

А вот материал украинского издания «Культура» за февраль 2010 года.

В Днепропетровске вместе с оркестром «Времена года» выступили выдающиеся израильские музыканты с днепропетровскими корнями.

В понедельник вечером зал театра имени М. Горького едва ли не трещал по швам: к началу концерта даже мест для стояния не было, и журналистам предложили разместиться ... прямо на сцене, сбоку от кулис.

Впрочем, подобный аншлаговый ажиотаж вполне закономерен, когда выступает камерный оркестр имени Гарри Логвина «Времена года». На этот раз в рамках программы народного депутата Украины от БЮТ Михаила Соколова «Возрождение культуры и духовности Днепропетровщины» меломаны услышали новую программу «Премьеры сезона».

Многие слушатели, казалось, погрузились в транс — закрыв глаза, они внимали каждой волшебной ноте, точно взятой суперпрофессионалами. Успех концерта предопределили не только днепропетровские музыканты, но и солисты, приехавшие к нам на гастроли из дальнего зарубежья. А это семейство Гурфинкель, которое сейчас живет в Израиле, но корни имеет наши, днепропетровские.

«В этом концерте много необычного, начиная с самого названия»,— рассказывает художественный руководитель и дирижер «Времен года», заслуженный деятель искусств Украины Дмитрий Логвин. «Наш оркестр традиционно балует публику произведениями редких авторов, но на этот раз вся программа состоит из премьер. Впервые в Украине исполняются Симфония № 9, до-мажор и Концертная пьеса для двух кларнетов с оркестром, ре-минор Феликса Мендельсона, а также Концерт для двух кларнетов с оркестром, ми-минор Макса Бруха. Да и увертюра Сергея Прокофьева на еврейские темы исполняется весьма не часто. Программу мы составили по телефону, а репетициями с нашими гостями занимались всего два дня. Специально для этого концерта в Днепропетровск прибыло блистательное семейство Гурфинкелей — сразу после выступления в театре имени М. Горького музыканты улетают в Вену. Их приезд к нам — событие большого масштаба! Дедушка этого семейства, Аркадий Гурфинкель — мой педагог, у которого я учился с 9 до 17 лет. В 70–80-х годах по всему Советскому Союзу выступало прекрасное трио: мой папа — скрипач Гарри Логвин, пианистка Светлана Миндлина и кларнетист Аркадий Гурфинкель. Ученики маэстро сейчас живут и выступают в самых разных уголках земного шара, вскоре они дадут концерты в Лос-Анджелесе и Париже. Обсуждается их выступление с оркестром NDR в Ганновере, приуроченное к году Моцарта. А сам патриарх династии Аркадий Гурфинкель недавно отпраздновал 80-летие, полон сил и по-прежнему играет в одном из оркестров — увы для нас, уже израильском, а не нашем, днепропетровском...»

Послесловие

Заканчивая очерк, можно было бы сделать акцент именно вот на этой, на последней фразе из прессы города Днепропетровска, так тесно связанного с музыкальной семьей Гурфинкелей: там жалеют, что династия виртуозов-кларнетистов уже не является днепропетровцами, живет и творит сегодня в дальнем зарубежье...

Но прикипело в сознании другое высказывание, расхожая фраза, нередко употребляемая в рассказах журналистов, когда они пишут о Гурфинкелях — это фраза о непременном отображении души музыканта в музыке, которую он играет. Не случайно так названо и одно из произведений, посвященных Гурфинкелям.

В самом деле: музыка — отображение души. Лучше не скажешь. Исполняемые нашими героями музыкальные произведения — это они сами. Если вы хотите познакомиться с ними поближе, лучше понять их, слушайте их музыку. И что тут еще добавишь?

Партита.РФ 
Первая в российской сети библиотека нот для духового оркестра
Сайт работает с 1 ноября 2005 года
The first sheet music library for wind band in Russian web
The site was founded in November 1, 2005
Windmusic.Ru  Sheetmusic.Ru  Windorchestra.Ru  Brassband.Ru
Ноты для некоммерческого использования
Открытая библиотека — качай, печатай и играй
eXTReMe Tracker
Free sheet music for non-profit use
Open library — download, print and play