Partita.Ru

Оркестр полиции Израиля

О прошлом и настоящем необычного музыкального коллектива - к его 100-летнему юбилею

«Наша служба и опасна, и трудна,
И на первый взгляд, как будто, не видна...»

Оркестр Полиции Израиля Эти слова известной песни о работниках правопорядка вряд ли можно с полным правом отнести к музыкантам — даже если они полицейские. Их служба не так уж и опасна — хотя, конечно, по-своему трудна, и строки старой песни о советских милиционерах с полным правом могут иметь отношение и к сегодняшним полицейским музыкантам Израиля.

Со времен стародавних...

История полиции Израиля ведет отсчет своих лет со дня образования государства в 1948 году. А духовой оркестр полиции был создан еще в 1921-м, в период правления Британского мандата.

Летом 2017 года об этом коллективе и его пути рассказывала специальная экспозиция в историко-этнографическом Музее Иерусалима, который горожане знают как «Дом АРИ». Этот дом на улице Ор Хаим, 6, в еврейском квартале Старого города — здание не простое. По преданию, в 1534 году здесь родился знаменитый каббалист Ицхак Лурия (АРИ), основоположник Лурианской каббалы.

К музыке это, впрочем, имеет мало отношения. Зато к евреям и их традиции, куда входят и молитва, и музыка, самое непосредственное отношение имели правила, устанавливаемые сменявшими друг друга колониальными властями. Об этом нам напоминает мемориальная доска на здании современного полицейского участка в Старом городе Иерусалима, бывшей турецкой полицейской казармы «кишле». Написано, что сюда приводили тех евреев, которые «осмеливались трубить в еврейский традиционный костяной рог шофар» — в нарушение существовавшего запрета.

О музее-синагоге, хранящем память об оркестре

Турецкий оттоманский закон запрещал в еврейских поселениях (ишувах) Палестины создавать новые синагоги, и это заставляло евреев скрывать свои молитвенные залы, расположенные в жилых домах. Вначале синагога «АРИ» также существовала скрытно. В последующий период молитвы в синагоге проводились уже открыто. А в 1936 году синагога была разграблена и сожжена.

Впоследствии эта синагога была восстановлена и в 1976 году вошла в экспозицию вновь открытого историко-этнографического музея «Старый ишув» Исаака Каплана, посвященного истории и этнографии ишува со времени оттоманского правления до окончания британского мандата и освобождения Иерусалима. Это здание также известно как «Дом Вейнгартена» — по имени одного из его владельцев.

Музыканты гибли в войне за независимость

Первым дирижером оркестра британской палестинской полиции был капитан Обери Сильвер. Во время арабских беспорядков в Иерусалиме в 1938 году он получил ранение в результате взрыва гранаты.

Несколько музыкантов оркестра погибли в войнах за независимость Израиля.

После провозглашения государства Израиль в мае 1948 года оркестр сохранился и перешел под начало израильской полиции. С тех пор широко развернулась его деятельность как многофункционального духового коллектива.

Буквально одним абзацем хочу обозначить еще несколько израильских музыкальных коллективов — также с завидной историей.

Это духовой оркестр «Кинор-Цион» («Скрипка Сиона») из Петах-Тиквы, год образования которого — 1931-й, израильский Симфонический оркестр — 1936-й год. В 1948 году был создан ныне церемониальный, правительственный оркестр Армии обороны Израиля. Оркестр полиции — старейший среди них.

Итак, довольно долго — 31 год! — оркестр полиции существовал как британский, и только в 1948 году, при создании государства Израиль, его музыканты сменили погоны.

В 20-х годах прошлого века в городах Европы вообще были очень популярны духовые оркестры. Они играли в городских парках танцевальную музыку, известные песни и мелодии, играли по выходным, на праздниках и городских гуляниях. И наш полицейский оркестр также участвовал в подобных мероприятиях в новом городе Тель-Авиве и в других городах, где у местных жителей-репатриантов из Европы во многом сохранялись европейские привязанности. В нашем очерке мы расскажем об истории старейшего в стране оркестра. Расскажем о музыкантах и дирижерах этого коллектива. Расскажем также о наиболее интересных событиях в творческой жизни оркестра в прошлом и настоящем. Чтобы получить необходимую информацию, я не только посетил иерусалимскую выставку истории оркестра, но и встретился с сегодняшним руководителем оркестра полиции Михаилом Гуревичем. И вот, что он мне рассказал — рассказал, кстати, по-русски.

Рассказ главного дирижера

Сегодняшний Оркестр полиции Израиля состоит из профессиональных музыкантов с высшим и средним музыкальным образованием. Большинство — выходцы из стран СНГ, многие из которых имеют опыт работы в различных симфонических и духовых оркестрах, выпускники известных консерваторий. Среди них есть лауреаты всесоюзных и республиканских конкурсов музыкантов-исполнителей.

Мы — работники полиции: как и все, мы проходили курсы полицейской подготовки, принимали присягу. Поэтому иногда, в дни праздников или крупных мероприятий, нас направляют на усиление нарядов полиции, где оркестрантам приходится выполнять обязанности обычных полицейских. Есть еще такое понятие: «кав кедми» (в буквальном переводе — передовая линия), когда участник оркестра направляется на работу в полицию на более длительное время. Так что, насчет того, что «наша служба и опасна, и трудна», все правильно, без всякой натяжки! И мы, полицейские оркестранты, заявляем об этом во весь голос, нас слышно за версту!

Когда нет концертов, мы съезжаемся в Иерусалим на общую репетицию. Потом каждый участник занимается самостоятельной подготовкой или приводит в порядок нашу библиотеку: она довольно большая — нужно систематизировать ноты, составлять каталоги...

Коллектив неоднократно и с большим успехом выступал за рубежом — в России и Украине, в Швейцарии, Германии, Венгрии — и был удостоен многочисленных наград.

Репертуар оркестра включает произведения композиторов-классиков и израильских авторов, джазовые сочинения.

От автора. Большая часть репертуара исполняется в оригинальных обработках, осуществленных дирижером оркестра Михаилом Гуревичем. Ему самому неудобно рассказывать о себе, поэтому о нем расскажу я: мы хорошо знакомы.

Михаил Гуревич в Израиле с 1990 года. Сразу после приезда, буквально на второй день, начал работать в Тель-авивском симфоническом оркестре, за что благодарен своим друзьям Алику Шапиро и Леониду Виноградову — они привели его на прослушивание. В этом коллективе Михаил проработал пять лет как тромбонист.

Гуревич — автор многих обработок популярных классических произведений, а также фантазий на темы русских и израильских композиторов. Записал диск с оркестром израильской полиции, ставший популярным не только на родине, но и во многих странах мира. Принимал участие в качестве дирижера в различных телевизионных программах, посвященных оркестру. Добавим, что Михаил — выпускник кафедры духовых инструментов Ленинградского института культуры.

Традиционное интервью

— Михаил, знаю не понаслышке, что ваш коллектив — один из наиболее востребованных в Израиле!

— У нас концерты или участие в мероприятиях — практически ежедневно. Даже затрудняюсь их перечислить. Прежде всего, это церемониальная служба. Встречи различных делегаций, обслуживание праздников и торжеств нашей полиции. Участие во всех мероприятиях, посвященных знаменательным датам нашей страны. Выступаем в школах. Много концертов даем в домах престарелых. Участвуем в фестивалях. Мы — частые гости в доме президента страны во время приема им зарубежных гостей. Бывают и вечера памяти погибших полицейских и пограничников, на которые всегда приглашаются члены их семей. Кстати, согласно уставу, всякий раз, когда перед сотрудниками полиции выступает Министр внутренней безопасности или Генеральный инспектор, его выступление предваряет особый звуковой сигнал. Подаем его, конечно же, мы, музыканты.

Полиция устраивает много специальных мероприятий по связям с общественностью — это дни полиции в школах, в летних детских лагерях, в жилых районах, когда полицейские демонстрируют все свои возможности — а то ведь многие думают, что наши сотрудники только и заняты тем, что расхаживают по улицам с наручниками и вешают повсюду штрафы. Полицейские часто привозят в детские летние лагеря собак-ищеек, служебных лошадей и рассказывают о том, какую роль те выполняют в полиции. В конце таких встреч обычно выступает наш оркестр.

— Ты учился в Ленинградском институте культуры. А что было до этого? Кто были твои первые учителя? Музыка у тебя вышла на первый план спонтанно, или к тому были предпосылки?

— Когда мне было 10 лет, мама привела меня во Дворец пионеров на Невском проспекте, 39 (это знаменитый Аничков дворец), и меня записали в кружок ударных инструментов. На ударных я прозанимался один год, а затем перешел в класс тромбона и баритона. Во дворце у нас был духовой оркестр, им руководил замечательный педагог и тромбонист Георгий Иванович Страутман, у него же я затем учился в музыкальной школе на улице Садовой. Когда я постиг азы обучения, меня пригласили в симфонический оркестр дворца, что было для меня очень престижно, я страшно гордился этим! Руководили коллективом Владимир Николаевич Бадулин и ныне всемирно известный дирижер Марис Янсонс.

После окончания школы я поступил в Ленинградский институт культуры, в класс тромбона Виталия Константиновича Лаврова, впоследствии директора Ленинградской певческой капеллы, а затем оказался в классе профессора Акима Алексеевича Козлова. Вспоминая Акима Алексеевича, уместно будет заметить, что это был музыкант и педагог каких не много. Выдающийся! Более пятидесяти лет, с 1937-го по 1989-й, Козлов был солистом-концертмейстером группы тромбонов симфонического оркестра Ленинградской филармонии под руководством Евгения Мравинского. Среди его учеников такие талантливые тромбонисты, как Виктор Венгловский, Борис Виноградов, Алексей Евтушенко и другие.

Справка. Аким Алексеевич Козлов — российский и советский тромбонист и музыкальный педагог. Солист симфонического оркестра Ленинградской филармонии, профессор Ленинградской и Петрозаводской консерваторий, а также Ленинградского института культуры имени Н.К.Крупской, заслуженный артист РСФСР. Вот, что писал о Козлове народный артист СССР знаменитый дирижер Натан Рахлин: «Творчество Акима Козлова способствовало значительному расширению роли тромбона в симфоническом оркестре. Благодаря ему и другим представителям «...орлиной стаи тромбонистов-виртуозов...», оркестровые тромбоновые партии изменились в сторону большей технической виртуозности и «...виолончельной певучести...». И еще: «Он с блеском преодолевает технические трудности. Красивый и могучий звук его инструмента придает особенную окраску звучности оркестра. В сольных эпизодах, монологах, он бывает строгим и лиричным, находит индивидуальные краски, нюансы, придающие симфоническим образам ясность, точность характеристики, романтическую приподнятость и реалистическую определенность».

— Несколько слов о твоей работе в Ленинграде, Михаил. Мой товарищ Марк Штейнберг говорит, что во всем у тебя чувствуется ленинградская школа.

— Среди знаковых мест моих работ в Ленинграде — оркестр Ленинградского театра музыкальной комедии, сценический оркестр Мариинского театра. С большой благодарностью вспоминаю Бориса Ивановича Анисимова, который и привел меня в сценический оркестр, это был и, наверное, есть солидный коллектив. Под его чутким и профессиональным руководством проиграл там восемь лет, что, согласись, совсем не мало.

Параллельно с работой в театре руководил образцовым детским духовым оркестром завода «Электросила». Бережно храню копию диплома Лауреата Всесоюзного конкурса духовых оркестров в Москве (2-я премия, 1989 год). А оркестр наш назывался «Геликон».

— Я слышал, что вы записали довольно необычный диск...

— Да, это было еще в 2008 году. Там есть очень разные вещи — от джазовой музыки до самбы. Но я хочу обратить внимание на две верхние строчки в списке произведений. Первая — это гимн I.P.A. (Международная полицейская ассоциация, созданная много лет назад и объединяющая представителей разных стран, в том числе и Израиля), вторая — марш I.P.A., написанный в свое время известным композитором Мишелем Леграном. В это трудно поверить, но до недавнего времени гимн I.P.A., исполняемый во многих странах на протяжении десятков лет, не существовал в записи. Наш оркестр решил восполнить пробел, сделать такую запись и преподнести диск в подарок полицейским делегациям разных государств, которые ежегодно собираются на свой форум в разных странах. Кстати, в том же 2008 году состоялся форум Международной полицейской ассоциации у нас в Эйлате.

— Репертуар оркестра полиции Израиля.

— Репертуар у нас очень большой, о нем я могу рассказывать много и долго. Мы играем классическую и легкую музыку, написанную для духового оркестра. Можно сказать, что духовой оркестр Израильской полиции — это единственный профессиональный чисто духовой оркестр в Израиле. Коллектив всегда с радостью быстро осваивает новый репертуар. Нам не требуются длительные репетиции. Музыканты могут получить ноты и играть прямо с листа. Оркестр очень гибкий, мы можем играть музыку различных жанровых направлений: серьезную, легкую и джаз — а также аккомпанируем певцам. У нас прекрасные музыканты-исполнители.

— Расскажи о наиболее важных выступлениях оркестра за последние годы.

— Мы серьезно готовимся к каждому нашему выступлению — будь оно церемониальное или просто перед народом в парке или на площади. Не так давно возобновили традицию, которая существовала еще со дня основания оркестра: в Старом городе Иерусалима мы даем теперь регулярные бесплатные концерты для широкой публики. Любой желающий может прийти и послушать духовой оркестр, его живое исполнение.

Недавно произошло знаменательное, на мой взгляд, событие. Оркестр полиции выступал на площади перед Стеной плача, и это было впервые!

— Многие оркестранты, включая тебя, Михаил, — выходцы из России и стран СНГ. Поэтому не могу не задать естественный вопрос, есть ли в репертуаре произведения русских композиторов?

— Конечно. Учитывая, что из России в Израиль прибыло больше миллиона репатриантов, русская музыка занимает в нашем репертуаре важное место. Это популярные произведения Глинки, Чайковского, Шостаковича, старинные вальсы, русские романсы и известные песни, которые обычно подхватывает весь зал.

«Оркестр полиции Израиля исполнил в Москве „Боже, царя храни!“»

Это я процитировал заголовок одной из российских газет. Каждый год в Москве на Красной площади проходит Международный военно-музыкальный фестиваль «Спасская башня». Его традиционные участники — подразделения почетной охраны глав государств, а также ведущие военно-оркестровые и творческие коллективы России и мира. В 2010 году оркестр полиции Израиля был также приглашен в Москву для участия в этом международном престижном военном фестивале.

«Венценосным Романовым это и присниться не могло: еврейский духовой оркестр грянул „Боже, царя храни!“, приправленный миксом из марша Преображенского полка и пасхальным распевом „Спаси, Господи, души рабов твоих“.

Среди десятков иных военных и полицейских оркестров, съезжающихся в Москву со всего света, израильтяне под бравурные марши продефилировали по брусчатке Красной площади. Кстати, строевой подготовкой израильских военных не изнуряют, чеканить шаг они не любят и не особо умеют, зато в ноты попадают, как никто другой!

Михаил Гуревич

Руководителем фестиваля был прекрасный человек, выдающийся музыкант, композитор, начальник военно-оркестровой службы России народный артист Российской Федерации генерал Валерий Халилов, недавно, к сожалению, погибший...

Всем нам памятна трагедия, случившаяся с основным составом Ансамбля песни и пляски Российской Армии имени Александрова в декабре 2016 года. Халилов оказался среди погибших... В то время он всего несколько месяцев как был назначен на должность художественного руководителя этого славного и всемирно известного коллектива.

— С Валерием Михайловичем я был знаком задолго до нашей московской встречи на фестивале, — рассказывает Михаил Гуревич, — Когда он еще молодым лейтенантом руководил оркестром военного училища в Ленинградской области, а я проходил срочную службу неподалеку, мы встречались на Дворцовой площади во время репетиций к парадам».

— Михаил, а при встрече на фестивале «Спасская башня» ты, конечно, напомнил Валерию Михайловичу о вашем давнишнем знакомстве?

— Разумеется! У нас была встреча на Красной площади еще до того, как там начались репетиции. И затем, во время подготовки к фестивалю мы с Халиловым неоднократно встречались и беседовали. Вспоминали музыкантов и дирижеров. Валерию Михайловичу были очень дороги воспоминания, связанные с ленинградским периодом его жизни и творчества. Все помнил до мельчайших деталей! Сколько заметного он сделал для военно-оркестровой службы армии России! Какие замечательные произведения вышли из-под его композиторского пера! Значительная личность. Его трагический уход на самом пике — громадная потеря для всего музыкального мира России.

От автора. Я хорошо знаком с начальником оркестра Министерства обороны Российской Федерации заслуженным артистом РФ, народным артистом Дагестана Сергеем Дурыгиным. Фрагмент из его недавнего письма: «Выступление оркестра Израильской полиции прекрасно помню! Запомнился разговор в кабинете начальника военно-оркестровой службы России генерала В. М. Халилова о приезде на фестиваль «Спасская башня» коллектива из Израиля. «Рамки фестиваля расширяются, — сказал мне тогда Валерий Михайлович, — В том году к нам приезжал оркестр Армии обороны Израиля, а сейчас оркестр полиции». Первое, на что я обратил внимание: все музыканты — подтянутые, энергичные ребята. Они, как сейчас говорят, «взорвали» зрителей своим задором, искренностью и прекрасным настроением. В своем выступлении оркестр использовал, в том числе, и всегда очень популярные в России «Хава нагила» и «Семь сорок», все трибуны в едином порыве подпевали и танцевали. Еще добавлю, что мы с коллективом оркестра Министерства обороны организовали встречу двух оркестров, и прошла она в очень дружеской атмосфере. Показали коллегам из Израиля наш музей — а там есть что посмотреть и о чем рассказать. Желаю оркестру творческих успехов, всего самого доброго и надеюсь еще раз увидеть в Москве на нашем самом лучшем военно-музыкальном фестивале «Спасская башня»!

— Концерты, выступления... Самые значимые мероприятия

— Михаил, значимое событие — выступление Иосифа Кобзона с оркестром полиции Израиля. С какими еще именитыми солистами-вокалистами вам приходилось выступать?

— Наш оркестр выступал со многими известными израильскими исполнителями. Это Узи Хитман, Нурит Хирш, Йорам Гаон, Шули Натан, Ави Толедано, Рухама Раз, Шири Маймон, Аня Букштейн, другие. Важным для нас событием было участие в концерте с народным артистом СССР Иосифом Кобзоном.

История в фотографиях

Просматривая пожелтевшие фотографии, на которых изображены люди оркестра в разные периоды, я мысленно переношусь в далекие годы Британского мандата в Палестине. Самое старое фото, что мне попалось на глаза, датировано 1922 годом. Лица, лица... Сколько музыкантов, чередуясь, надевали полицейскую форму — но не для того, чтобы наводить порядок на улицах, а для музицирования. Участие в парадах, торжественных мероприятиях, посвященных различным событиям... Они есть сейчас, были и тогда.

Вот общая фотография оркестра с его основателем дирижером Обери Сильвером. Год 1926-й... Оркестр участвует в церемонии встречи итальянского принца Умберто на железнодорожной станции Иерусалима. На фото — принц с фельдмаршалом Лордом Гербертом Плюмером, 1925 год. На другом фото Арье Миркин, один из опытнейших музыкантов оркестра полиции Израиля, тромбонист и альтист. Год 1929-й. Вот запечатлено участие оркестра в церемонии открытия новой железнодорожной линии в Иерусалиме в 1949 году. А это 1955 год, церемония открытия дороги через пустыню в самый южный израильский город — Эйлат. Вот оркестр играет на вручении верительных грамот послов иностранных государств в доме президента, 1963 год. Министр МВД Йосеф Бург выступает на концерте Оркестра полиции Израиля в честь гражданской гвардии. 1982-й. Легендарный мэр Иерусалима Тедди Колек и Оркестр полиции. 1987-й. Оркестр полиции Израиля на выступлении в ФРГ, на праздновании 40-летия Бундестага, с израильским министром Йосефом Бургом. 1989-й. В аэропорту Бен-Гуриона. Проводы президента Грузии Эдуарда Шеварднадзе. 1995 год. Дирижирует Менаше Лев-Ран. Полиция и хор из Мюнхена в Иерусалиме, 1990-й. Во время визита в Будапешт. Совместное выступление с венгерским полицейским оркестром. 1992-й. Оркестр с премьер-министром Ицхаком Шамиром. 1992-й. Мэр Тель-Авива Шломо Лахат на церемонии открытия сквера и установки памятника погибшим при исполнении служебного долга полицейским. 1993-й. Вот фото, на котором оркестр с президентом Эзером Вейцманом в «Бейт-а-наси» — президентском доме в Иерусалиме. 1993-й. Концерт оркестра полиции Израиля на берегу озера Кинерет (Галилейского моря). Торжества по случаю соглашения о сотрудничестве между полицией Иордании и Израиля. 1995 г.

И еще много, много других интересных фото! Как хорошо, что история их сохранила...

Некоторые фотографии, к счастью, подписаны, и из этих подписей мы можем сегодня получить бесценную информацию о людях оркестра, узнать их полузабытые имена! Вот, например, фото музыкантов оркестра 1946 года. Дирижер Нафтали Грибов — сам он играл на кларнете, флейте, виолончели. Тромбонисты: Мендельс, Фанигштейн, Коэн, Абрамсон. Кларнетисты и саксофонисты: Фабиан, Сэндберг (плюс скрипка), Вернер, Зусман, Маркус, Йехиэль Уэлч (плюс виолончель), Джошуа Самара, Брунгейт Тимор, Харрисон (плюс флейта). Трубачи: Рубен Роман, Морнако, Муссо. Гобой: Лев Фанигштейн. Валторнисты: Давид Бен-Кики, Авраам Ахарони. Барабаны: Гохман, Арон Беркович. К сожалению, на фотографии подписаны не все имена.

Дирижеры сменяли друг друга

Первым дирижером Оркестра полиции Израиля был, как уже сказано, Обери Сильвер. Его сменил Нафтали Грибов, который на этом посту трудился с 1944-го по 1961-й год. Его именем, кстати, названа одна из репетиционных студий в оркестре.

С 1961-го по 1980-й дирижером был Арье Земанек. Ассистентом дирижера являлся капитан Эфраим Кац, который затем сменил за пультом Арье Земанека. С 1980-го дирижером оркестра полиции был Менаше Лев-Ран. А с 2004-го должность заместителя дирижера занял уже хорошо нам знакомый Михаил Гуревич. Один год он был исполняющим обязанности дирижера. По сути дела, уже стажировался. Но должность принял не сразу, а лишь в 2013 году, получив дирижерскую палочку из рук Эйтана Соболя.

Роль дирижера в оркестре

— Михаил, эта тема не нова: роль дирижера в его музыкальном коллективе. Какова она, насколько значима? Вопрос конечно риторический, но... разве музыканты сами не ориентируются в нотном тексте? Казалось бы, зачем им дирижер?

— Этим вопросом задавались многие. И даже пробовали экспериментировать. В 20-х годах прошлого века в СССР был создан симфонический оркестр без дирижера под названием «Персимфанс». Он продержался десять лет. Играли прекрасно и довольно сложную музыку. Достаточно заглянуть в музыкальную энциклопедию или Википедию, чтобы понять, что это был за оркестр и каков был его исполнительский уровень.

Справка. Персимфанс (сокращение от «Первый симфонический ансамбль», также — «Первый симфонический ансамбль Моссовета» — оркестр, существовавший в Москве с 1922 по 1932 год. Отличительной чертой этого оркестра было отсутствие дирижера (отчасти восполнявшееся позицией концертмейстера, располагавшегося на возвышении лицом к оркестру). Первое выступление коллектива состоялось 13 февраля 1922 года.

— Продолжу. Начнем с того, что дирижер отвечает за единое художественное воспроизведение всеми музыкантами того или иного музыкального сочинения. Трактовка любого опуса, будь то эстрадная или современная музыка — работа тонкая, филигранная, со многими нюансами. 30 или более (тут не в числе дело) участников оркестра никогда не договорятся обо всех музыкальных деталях. Основная задача дирижера — организовать слаженное воплощение замысла композитора оркестрантами. Определить баланс громкости оркестровых голосов (а их может быть много), выверить единый темп исполнения, синхронные вступления инструментов.

Во время исполнения произведения дирижер жестами обозначает своеобразную схему — сетку, которая дает музыкантам представление о точном моменте звучания. Таким образом, дирижер умело заставляет коллектив оркестра работать как единое целое, где каждый слышит и понимает звучание другого, а не просто играет написанные в партии ноты.

Есть еще один очень важный момент. Концертные залы бывают очень разные. И сцены — тоже не похожи одна на другую. И акустика везде своя. Музыканты в таких залах не слышат друг друга. Задние ряды не слышат передние, с одного конца звук не долетает до другого. А еще хуже: слышат не то, что реально играется, а то, что долетело до конца зрительного зала и эхом возвращается!

Тут важно, чтобы музыканты смотрели на дирижера, — по его жестам они точно поймут, что происходит в музыкальной ткани исполняемого произведения. Точнее, в каком моменте исполнения все они находятся.

В конечном итоге, складывается трактовка музыкального произведения — и за нее несет ответственность именно дирижер.

— Михаил, с твоего позволения, я продолжу твой ответ. Недавно прочитал любопытный материал на эту тему на сайте «Военные дирижеры» (автор И. Иванов). Привожу его в сокращенном виде. Это и будет дополнением твоей мысли.

Не шум, а настоящая музыка

«Каждый музыкант в отдельности уже является профессионалом и может безошибочно исполнить свою партию. Но задача дирижера такова — он должен вдохновить весь оркестр, передать его участникам свою энергию и харизму, чтобы получился не какой-то шум, а настоящая музыка! Оркестр — это инструмент, можно сказать, а дирижер на нем играет. Дирижер показывает оркестру жестом и взглядом, где надо играть тихо, а где громко, и оркестр играет именно так; где нужно играть быстрее, а где медленнее, и опять оркестр делает все, как хочет дирижер.

А что дирижерская палочка?! Сначала это была „баттута“ — такая трость, которой колотили об пол, отбивая ритм. Не знаю, правда ли, уж больно страшно звучит, хотя историки вроде согласны: дирижер и композитор Люлли умер от гангрены, шарахнув себе по ноге этой баттутой и подхватив чего-то эдакое, смертельное.

Палочки Направника и Чайковского — это такие изящно оформленные дубины, кило на полтора. Ясное дело, что первый скрипач боялся.

Но дальше стало проще, с приходом фиберглассовых палок, страдать стали сами дирижеры. Ашкенази (вероятно, от блестящего владения техникой дирижирования) проткнул себе ею руку насквозь. А вот Гергиев как-то дирижировал почти что карандашом, зубочисткой, палкой длиной сантиметров 20. Страшно подумать, что же будет дальше. Некоторые дирижеры вообще не пользуются палочкой, может быть, это и лучше — по-моему, руки выразительнее.

Основная функция дирижера, разумеется, не отбивание такта, а именно вдохновление всего оркестра, как я уже написал выше. Интересно то, что один и тот же оркестр с разными дирижерами будет звучать абсолютно по-иному.

Музыка, можно сказать, это не то, что написано в партитуре, и даже не то, что играют оркестранты, а это то, что за всем этим. Именно дирижер должен из нот и звуков создать нечто такое, что будет заставлять слушателей испытывать сильные эмоции.

Бывают ансамбли и оркестры без дирижера. Здесь каждый музыкант должен слышать каждого коллегу, выстраивая музыку в общий замысел. С оркестром это просто невозможно, в оркестре очень много музыкантов, и слишком они все разные».

От автора. Истина озвучена! Хороший дирижер может заставить плохой оркестр играть так хорошо, как никогда до этого. А плохой дирижер способен развалить даже то, что было не так плохо. По-моему, 90 процентов успеха зависит именно от дирижера. По-настоящему профессиональный дирижер сумеет создать уровень исполнения оркестра — если не хороший, то по крайне мере, приличный!

Продолжаем интервью

— Михаил, по штатному расписанию ты дирижер. Но помимо функциональных обязанностей, в твоих отношениях с коллективом присутствует и что-то чисто человеческое. Все музыканты оркестра — твои коллеги, а некоторые даже друзья, с которыми ты с удовольствием не только музицируешь, но и проводишь время.. К кому-то ты относишься по-отечески, к кому-то с почтением, хотя последнее, наверное, относится ко всем. Ты много мне рассказывал о своих музыкантах...

— Пожалуй, начнем с солиста оркестра Бориса Шлепакова. На то есть веские причины. Борис окончил Московскую консерваторию и работал в оркестре Большого театра, что говорит о многом. Он лауреат Всесоюзного конкурса исполнителей на духовых инструментах.

Заглянув на страницу Бориса в Фейсбуке, я нашел много интересного для нашего очерка. Он рассказывает о себе и об оркестре. Фрагменты представляю нашим читателям.

«Бабушка моя была хорошая пианистка. Делаю такой вывод из того, что она была ученицей самого Константина Николаевича Игумнова — выдающегося пианиста, педагога, публициста (народный артист СССР, лауреат Сталинской премии первой степени, доктор искусствоведения — Б.Т.) Он занимался только с талантливыми детьми.

Увы, после рождения трех дочерей бабушка перестала выступать, дома дел было невпроворот. Только преподавала. Бабушка и начинала меня обучать игре на фортепиано, в кружке при ЖЭКе.

Потом мы переехали в центр Москвы, и в музыкальной школе по месту жительства не было места на фортепиано, а я постеснялся сказать, что уже год учился...

Директор школы Ян Михайлович Плясков определил меня на виолончель. Четыре года мучений, а потом, когда стало уже что-то получаться, решили все-таки перейти на другой инструмент. Виолончель — это был не мой инструмент, пусть простят меня виолончелисты, хотя если честно, я его люблю до сегодняшнего дня.

Труба в центре моего внимания оказалась случайно. Симпатичный педагог Алексей Александрович Волчанский невзначай сказал: «Давай на трубу!». Ну, я и пошел. Через три года решили, что я буду поступать в музучилище при Московской консерватории. Чудом поступил к Вадиму Алексеевичу Новикову. Почему чудом — да потому, что я не имел понятия о том, как нужно заниматься.

Но из-за того, что в музыкальной школе по сольфеджио я учился в группе со струнниками и уровень их подготовки был довольно высок, поступил легко. Первые два года кое-как прошли, а потом моего педагога Новикова пригласили в Московскую консерваторию, и на его место пришел Федор Леонтьевич Ригин. Оба они работали в оркестре Большого театра.

Ригин начал требовать по-другому, и я стал быстро продвигаться. Побеждал на внутриучилищных конкурсах исполнителей. В 1982 году поступил в Московскую консерваторию к тому же Новикову. Он же привел меня в январе 1983 года на конкурс в сценический оркестр Большого театра. Прослушав, меня взяли. Через два года сыграл конкурс и прошел в основной состав оркестра на партию второй трубы. Потом были конкурсы на «передвижку», пока в 1993 не стал первым. В 1984 году получил третью премию на Всесоюзном конкурсе исполнителей на духовых инструментах в Алма-Ате. А в 1988-м — первую на таком же конкурсе в Минске. Это оказался последний конкурс в истории СССР...

...С середины девяностых я стал интересоваться религией. И после женитьбы, в конце 1997-го года, решил переселиться в Израиль, так как это единственное место в мире, где музыкант может не работать в субботу.

В начале 1999-го года мне предложили контракт с Беэр-Шевской «Симфониеттой».

30 ноября этого же года я отыграл последний спектакль в оркестре Большого театра. Моим последним спектаклем в Большом была опера «Тоска» композитора Д. Пуччини. Оркестром дирижировал В. П. Андропов. С декабря я уже приступил к работе в Израиле, в Беэр-Шеве.

Через какое-то время мне предложили сыграть аудицию в оркестр полиции. Спасибо за это Эдику Куськину, который и предложил дирижеру прослушать меня. Дирижер Менаше Лев-Ран меня принял без лишних слов.

Так, с июля 2000 года я в Оркестре полиции Израиля.

Михаил Гуревич подхватывает тему

Когда мы играем для детей, я часто говорю им: «Дети, а кто хочет стать дирижером?». Всегда найдутся смельчаки, они тянут руку. И тогда я приглашаю их за дирижерский пульт. Всем интересно и весело. Знаете, у некоторых это получается даже очень хорошо.

Но это еще не все наши музыкальные эксперименты, иногда даем и пожилым людям продирижировать. Правда, тут желающих единицы. Многие стесняются... Не все так непосредственны, как дети. Хотя, я уверен, дирижировать оркестром — неосуществленная мечта многих!«.

От автора. Это правда, многие мечтают дирижировать. И вот выдающийся пример. Когда президент Америки Джордж Буш-младший уходил в отставку, в официальной церемонии по этому поводу принимал участие военный оркестр сухопутных войск США. Это один из лучших музыкальных военных коллективов страны, поэтому он по праву считается президентским оркестром. Дирижер демонстративно передал палочку Бушу (думаю, что это был хрестоматийный «рояль в кустах»), и зазвучал марш. Дирижер оркестра — на этот раз сам президент Соединенных Штатов Америки! Все присутствующие увидели радость на лице и в то же время влажные глаза главы самого мощного в мире государства. Оказывается, он всю жизнь мечтал дирижировать оркестром — с детства. И вот, наконец, детская мечта его сбылась!

***

Президентских оркестров в мире, кстати, не так уж много. В США их несколько, и все они называются президентскими по роду войск, например Президентский оркестр ВВС США, Президентский оркестр военно-морской пехоты США, и так далее.

По статусу — есть и королевские оркестры. Несколько лет назад на московский фестиваль «Спасская башня» приезжали королевские оркестры из Испании, Бельгии и Норвегии — замечательные, высокопрофессиональные коллективы.

Байки от Шлепакова и Гуревича

Нам песня, как известно, строить и жить помогает. А веселая шутка помогает играть хорошую музыку, ибо создает музыканту настроение. И я не могу не привести хотя бы одну из «шлепаковских музыкальных баек», также выставленных им в Фейсбуке.

...Это было несколько лет назад. Всегда, когда происходит какое-то полицейское мероприятие, приглашают оркестр. А если нет места для всех оркестрантов? — Едет брасс-квинтет. Вот мы и поехали.

Это было мероприятие по случаю выхода на пенсию одной полицейской генеральши. Мы знали, что она родом из СССР, поэтому решили сделать ей сюрприз: выбрать из всего обширного репертуара русскую песню. Ну, не народную, а узнаваемую. Есть у нас в репертуаре одна такая: «Песенка старого извозчика» Никиты Богословского. Ее знают и в Израиле, но только с ивритскими словами. И вот мы начинаем играть, доходим до припева, и меня начинает трясти от смеха. Играю, а в голове крутятся слова: «Тпру, старушка древняя, стань, Маруська, в стороне». Как раз в тему! Чудом доиграл до конца и не сломался. Во выдержка!

В дни московской «Спасской башни» существовала для оркестрантов особая инструкция: «поодиночке в темное время по улицам не гулять, легкомысленных женщин сторониться, на предложения выпить отвечать решительным отказом...». Эта часть обязательного инструктажа вызывала особое негодование у русской части оркестрантов: им есть с кем встретиться и есть что вспомнить в городе, где они учились, на сценах которого выступали и куда они вернулись в форме израильских полицейских, чтобы покорять сердца москвичей стройным исполнением «Прощания славянки», которое в их интерпретации будет звучать, скорее, как... прощание со славянкой. И при этом да не выпить?

Тему курьезов из истории Оркестра полиции продолжает сам дирижер Михаил Гуревич

— Курьезов было много, всех не упомнишь... Впрочем один я помню отчетливо. Однажды наш оркестр выступал в одном из социально неблагополучных городских районов, где полицейские одновременно проводили операцию по задержанию наркоторговцев, используя нас в роли своего рода отвлекающего прикрытия. Люди слушали музыку, все расслабились, в том числе и преступники, и тут-то наши коллеги их и повязали, вот так! Почти как в фильме «Ликвидация».

Еще мне помнится. На одном из наших концертов в доме престарелых города Петах-Тиквы раздалась сирена тревоги. Это было во время обострения ситуации с Хамасом — Израиль проводил операцию «Несокрушимая скала». Надо было спуститься в бомбоубежище. В Израиле привыкли к таким ситуациям. Никакой паники. И мы, и зрители спустились. После отмены тревоги мы вернулись на сцену, концерт продолжили... Все прошло великолепно! Концерт прошел с большим успехом, на ура! Несмотря на то, что публика была возбуждена. Все же красота и искусство помогут спасти этот мир! «И в дни праздников и торжественных мероприятий, и в тяжелые дни — во время войн и военных операций, в обстреливаемых городах, в убежищах — этот оркестр играл перед детьми, перед пенсионерами, перед всеми гражданами, успокаивая их, поднимая им настроение», — добавляет Алекс Кагальский, бывший пресс-секретарь полиции Израиля.

Квинтет медных духовых инструментов Оркестра полиции

После баек от Бориса Шлепакова и Михаила Гуревича снова вернемся к серьезному. Поговорим о квинтете духовых инструментов Оркестра полиции, который возглавляет Б. Шлепаков. Он же пишет для своего квинтета превосходные переложения. Попросим его рассказать об этом.

— С тех пор, как начала работу полицейская академия в Бейт-Шемеше, все больше и больше делегаций полицейских из разных стран приезжают туда на экскурсии с целью ознакомления и получения опыта. Во время таких визитов устраиваются церемонии, в которых принимает участие наш квинтет медных духовых инструментов. В его функции входит музыкальное сопровождение построений, а также исполнение гимнов государств, делегации которых присутствуют на церемониях. Кроме этого, квинтет выступает на различных площадках перед самой разной аудиторией. В его репертуаре музыка разных эпох, начиная с музыки барокко и до самых современных опусов. И, конечно, переложения произведений израильских композиторов.

Произведения израильских композиторов составляют основу репертуара. Пауль бен Хаим, Узи Хитман, Наоми Шемер, Нурит Хирш, Шайке Пайков и многие другие авторы нам хорошо знакомы. Шимон Коэн специально для нашего оркестра написал и оркестровал значительное число исполняемых и хорошо принимаемых публикой произведений. В репертуаре квинтета и оркестра в целом также и обработки музыки Бориса Пиговата, Бениамина Юсупова, Арье Леванона, Эмануэля Вайля и других современных израильских композиторов русского происхождения.

С Борей Пиговатом, — замечает Михаил Гуревич, — с которым, знаю, Борис, ты давно дружен и писал о нем — у нас большой и давний творческий контакт. Были совместные концерты с его струнным детским оркестром из консерватории Кирьят-Бялика. А играли мы музыку И.Дунаевского, увертюру к кинофильму «Дети капитана Гранта». Дети, юные исполнители, были в восторге, да и мы сами впечатлились. Талантливый дирижер и композитор Борис Пиговат! Хорошо помню твой замечательный очерк о его непростой и удивительной творческой жизни. Всем советую его прочитать!

Еще исторические фото

Борис Шлепаков показывает мне интересные фотографии из истории оркестра: таких я еще не видел. Впрочем, пусть он прокомментирует их сам. «На этих фотографиях великий трубач всех времен Тимофей Докшицер во время своего визита в Израиль в 1997 году. Качество, к сожалению, неважное... Но важность события это не умаляет.

Фотография сделана во дворе дома, в котором Тимофей Александрович снимал квартиру и где, ничего не подозревая, спустя три года поселился я! Мистика, да?

На другой фотографии Тимофей Докшицер возле Стены плача. По рассказам людей, бывших с ним в тот день, Тимофей Александрович долго стоял у Стены, у него текли слезы, и потом он сказал, что «здесь впервые по-настоящему ощутил себя евреем».

— Визит Тимофея Александровича Докшицера на Святую Землю был большим событием для духовиков нашей страны, — рассказывает Гуревич, — Всемирно известный трубач, человек-легенда. Mы вместе посетили Яффо. Вскоре я получил от него благодарственное письмо.

Мой собеседник и добрый друг

Еще один мой собеседник — мой давнишний добрый друг, музыкант оркестра полиции Леонид Виноградов.

— Леонид, расскажи о себе, поделись яркими воспоминаниями о коллегах и событиях оркестровой службы.

— Борис, для этого нужно набрать много воздуха, как говорят духовики, но этого будет недостаточно — нужно будет еще немало другого, рассказ мой может быть длинным. Тем более, очерк не конкретно обо мне. Постараюсь быть максимально лаконичным.

Родом я из Харькова. Родился в семье профессионального пианиста Александра ДавидОвича. Преподавал он в музыкальной школе-десятилетке и был концертмейстером от Бога. Не мне тебе рассказывать, Борис, что такое хороший концертмейстер. Мама, Элеонора Львовна, была врачом. Семья интеллигентная, так что выбор у меня был — только в музыку или в мединститут. Победило искусство, и я этому рад.

В музыкальном училище я занимался у прекрасного педагога Израиля Ганзбурга. Будучи студентом, работал в оркестре театра музыкальной комедии. В те годы загорелся идеей попасть учиться к известному профессору из Ленинграда Акиму Козлову. В 1979 году моя мечта осуществилась, и я поступил в Ленинградский институт культуры в его класс. В тот год только в этом вузе был набор в класс Козлова: Аким Алексеевич преподавал еще в Ленинградской консерватории и в ее филиале в Петрозаводске. Кстати, о перипетиях судьбы. У этого же педагога занимался наш теперешний дирижер Михаил Гуревич.

— Как раз об этом я написал выше! Но не хочу перебивать, рассказывай!

— Занимался я у этого бесподобного и талантливого педагога три года, но затем, увы, по семейный обстоятельствам перевелся в Харьковскую консерваторию. Это был 1981-й год. По конкурсу прошел на должность концертмейстера группы тромбонов оркестра Харьковского театра оперы и балета. Мне было-то всего 22 года. Наверное, я был самым молодым концертмейстером группы тромбонов из всех оркестров бывшего Союза (если серьезно, не проверял). Из былых достижений, которыми до сих пор горжусь: Лауреат Республиканского конкурса исполнителей на духовых инструментах 1987 года в Ворошиловграде.

Перед Израилем успел два года попреподавать в Харьковском музыкальном училище. В 90-е годы с «Большой алией» репатриировался в Израиль. Работал в Тель-Авивском симфоническом оркестре. Был такой замечательный оркестр, полностью состоявший из новых репатриантов. После его расформирования работал во многих коллективах страны.

Вот мы и добрались до 2000 года. С этого времени я служу в оркестре Израильской полиции. Мне посчастливилось работать с талантливыми, высокопрофессиональными музыкантами. Некоторые из них уже ушли на заслуженный отдых. У многих я до сих пор учусь. Думаю, Борис, ты о них в этом очерке тоже напишешь. Назову некоторые имена, хотя боюсь кого-то обидеть — все у нас классные музыканты: Роман Краснер, Эдуард Куськин, Антон Луцкий, Борис Шлепаков и многие другие.

— Что памятного было для тебя и для всего коллектива за эти годы?

— Поездка с концертами в Германию. Это был большой успех, и мы были очень воодушевлены, получили колоссальный заряд творческой энергии! Конечно, фестиваль «Спасская Башня». Стоять и играть на Красной площади, видеть развевающийся флаг нашей родины, слышать гром аплодисментов... Гордость и вдохновение переполняли нас. Незабываемо!

Концерты

Конечно же, концерты! Ведь это главное для музыкантов. Это итог всей долгой репетиционной подготовительной работы. И я прошу Михаила Гуревича рассказать о них.

— Мы много лет принимали участие в кармиэльском фестивале танца, не раз выступали на фестивалях клейзмеров в Цфате и Раанане, на фестивале песни в Араде. Выступали также и на сцене джазового фестиваля в Эйлате. О зарубежных концертах я уже говорил. И вот, что надо отметить особенно! С особым чувством идем мы на выступления для ветеранов Второй мировой войны в День Победы, 9 мая, в Иерусалиме. На одном из таких концертов мы сопровождали марш ветеранов на всем пути следования, играя русское «Прощание славянки», а также самые известные песни, вальсы и марши военного времени.

Около муниципалитета Иерусалима обычно возвышается огромная сцена, на которой мы выступаем с праздничным концертом, после чего отправляемся в мемориал «Яд ва-Шем», чтобы открыть торжественную церемонию в честь Дня Победы, которая проходит с участием израильских министров и послов разных стран.

СМИ Израиля об оркестре полиции

Нередко я в своих очерках, по возможности, привожу фрагменты высказываний журналистов газет, журналов и интернет-порталов о моих героях. Это свидетельства эпохи, запечатленные в слове. Не изменю традиции и на этот раз. Приведу выдержки публикаций израильских СМИ об Оркестре полиции Израиля.

«По манере игры Оркестр полиции несколько более консервативно-академичен, чем, например, Оркестр Армии обороны Израиля. Видимо, оттого, что последний комплектуется, в основном, из солдат срочной службы — из молодежи, склонной к джазовому свингу. Хотя и в полицейском бэнде свинговать умеют: саксофонисты Олег Раскин и Юрий Шевчук — отличные джазмены! Солисты оркестра — сплошь выпускники музыкальных высших учебных заведений Израиля и России, владеют и джазовым, и академическим стилями исполнения. Но главное, что все они — отменные виртуозы: флейтистка Вики Шапиро, тубист Антон Луцкий (в одном из концертов фестиваля в Кфар-Сабе Антон блеснул в скрипичной „хора-стаккато“ Динику), кларнетист Владимир Гега (он же второй дирижер), ксилофонист Михаэль Климовицкий (нелишне добавить, что на одном из концертов виртуозное исполнение им „Лезгинки“ А. Хачатуряна вызвало восторг всех присутствующих и благодарность Главного инспектора Израильской Полиции)».

***

Великолепны исполнитель-кларнетист Владимир Черномордик, тубист Алекс Шапиро... О Борисе Шлепакове мы уже вспоминали.

Еще мы хотим назвать фамилию замечательного трубача, который в недавнем прошлом служил в оркестре полиции. Это Эдуард Куськин, заслуженный артист Литвы, в прошлом солист Литовского национального симфонического оркестра. Сегодня на заслуженном отдыхе.

От автора. Я помню приезд Эдуарда Куськина в Вильнюс из Белоруссии в середине 60-х годов. Мир духовиков тесен, и в Вильнюсе все знают друг друга. Благодаря своему высокому исполнительскому уровню Эдуард сразу стал узнаваем и популярен.

Кстати, библиотекарем в оркестре полиции Израиля долгое время работал бывший военный дирижер военного училище ПВО в Вильнюсе заслуженный артист Литвы Эмиль Верник. Его я хорошо знал в мои «воспитонские» годы, прошедшие в Литве. Верник возглавлял один из лучших оркестров Прибалтийского военного округа, пользовался залуженным авторитетом в музыкальных кругах столицы Литвы. Помню даже такой немаловажный эпизод: Вернику доверили дирижировать одной из программ филармонического симфонического оркестра — а это, посудите сами, о чем-то да говорит! Многие военные музыканты посетили тот концерт. К сожалению, не помню исполняемых произведений — давно это было, в середине 60-х годов. Да и мал я тогда еще был... В последние годы Верник проживал в Канаде. Пару лет назад его не стало... В библиотеке оркестра осталось более 30 его замечательных обработок для духового оркестра.

Оркестр в полицейских мундирах

Из СМИ, 1990 год. «Полицейские музыканты из Израиля прибыли в Швейцарию в составе израильской делегации, чтобы участвовать в международном фестивале духовых оркестров полиций разных стран. Среди музыкантов оркестра оказались религиозные люди, а открытие фестиваля проходило в пятницу, то есть в преддверии субботы. Хозяева фестиваля отнеслись к израильтянам с пониманием. А именно, не только предоставили им право выступить первыми, но и обеспечили их своевременную доставку в гостиницу, до наступления субботы. Первая поездка оркестра в Москву состоялась в 1989 году. После долгого периода напряжения между двумя странами это была сенсация...

Вторая поездка состоялась в 1998 году по приглашению Министерства внутренних дел России — по случаю широких празднований 80-летия Красной Армии. Первыми слушателями Оркестра полиции Израиля были русские милиционеры — и что вы думаете? Они оказались на редкость отзывчивой публикой. Можно ли было себе такое представить: русские милиционеры, услышав знакомую мелодию песни „Шалом алейхем“, дружно запели под аккомпанемент израильских музыкантов!»

Слово коллеге: Марк Штейнберг — композитор, кларнетист, саксофонист

— Oни — полицейские и профессиональные музыканты в одном лице, и руководит ими, а не машет руками, отдаваясь эмоциям и самовлюбленности, как это бывает, прекрасный дирижер Михаил Гуревич. Я это говорю с пониманием, так как у меня в дипломе написано: «дирижер духового оркестра, хормейстер», имею 50-летний стаж исполнителя.

Мне посчастливилось побывать на концерте этого замечательного коллектива и сидеть в первом ряду, я чувствовал себя как бы в составе оркестра под рукой прекрасного молодого дирижера. По скупому, правильному жесту (для музыкантов, а не слушателей) оркестр звучит в полном великолепии с очень разнообразной программой — от Бетховена до традиционного джаза. Я сразу почувствовал ленинградскую школу дирижирования и глубокое знание партитуры. Подчеркну стройное, как у органа, звучание оркестра. Это безусловная заслуга дирижера.

Рад постоянному творческому общению с Михаилом Гуревичем. Дирижер взял в работу две мои пьесы, написанные недавно. Это «Еврейский марш» и «Я прощаюсь с саксофоном». Теперь с нетерпением жду исполнения. Творческих вам успехов, господа полицейские музыканты!

«Прошу слова!» или Новый творческий союз

— Михаил, узнав, что я работаю над очерком об оркестре Израильской полиции, твой коллега, главный дирижер Оркестра культурного центра ГУ МВД России по городу Москве Игорь Канурин «попросил слова», — говорю я Михаилу Гуревичу.

«Коллеги, посмотрев информацию о вас, я понял, что оркестры наши почти ровесники! Наш оркестр ведет свое существование от Оркестра Московской жандармской дивизии, он был сформирован в октябре 1909 года. Так что нашему коллективу скоро исполнится 110 лет! А вашему скоро — сто! Специфика службы и задачи, стоящие перед нами и перед вами, практически идентичны! И служба наша — так же, как и ваша, и опасна, и трудна! Хотя творческие результаты этой службы и у нас, и у вас на виду. Масса концертов. Обслуживание различных мероприятий. Как и вы, мы живем по уставу. Шли годы, менялись названия нашего оркестра и его дирижеры — как и у вас. Но что остается неизменным, так это любовь наших исполнителей и наших слушателей к музыке! Как и ваших.

Надолго запомнил ваше прекрасное выступление на фестивале «Спасская башня–2010». Когда слушал вас на Красной площади, меня охватило чувство гордости и радости за своих израильских коллег! Ведь штатных полицейских оркестров не так много — есть страны, в которых их совсем нет. Мы не одни в этом мире, и я этому рад. Никого не могло оставить равнодушным ваше исполнение прекрасной фольклорной музыки на московском фестивале. Публика мгновенно подхватывала знакомые мелодии и аплодировала вашему искусству без устали.

В сентябре нынешнего, 2017-го года в Москву по приглашению начальника Московской полиции прибыл с дружественным визитом оркестр полиции города Хельсинки. Мы провели отличный концерт в Светлановском зале Московского международного Дома музыки!

Теперь у нас в планах объединить столичные оркестры полиций разных стран для проведения большого фестиваля именно полицейских оркестров. Пригласим и вас! Желаем процветания вашему коллективу и надеемся на скорейший творческий союз!

В преддверии столетнего юбилея

Работа над очерком подошла к концу... Я позвонил в иерусалимское книжное издательство, которое выпускает в свет сборники моих рассказов о музыкантах, и попросил приготовить в папке заказов место для издания одного, нового очерка.

Узнав, что речь на этот раз пойдет об Оркестре полиции Израиля, редактор издательства подарил мне вот это интересное фото из собственных архивов: 9 мая в Иерусалиме. Парад ветеранов. Во главе колонн — Оркестр полиции Израиля. Дирижирует полковник Менаше Лев-Ран. Автор фото — израильский русскоязычный журналист Михаэль Каганович.

К дирижеру подошел познакомиться и поблагодарить за душевную музыку военный моряк Давид Трибельский, значительная личность в ветеранских кругах Израиля.

От автора. Внучка Давида Трибельского, Мария Гельман (в течение 10 лет играла на саксофоне в оркестре):
— Он и сам автор интересных книг о войне, о перипетиях людских судеб на трудных жизненных дорогах... Последняя его книга, вышедшая недавно в Иерусалиме, так и называется: «По извилистым дорогам жизни». И возраст ветерана также приближается к ста, как и возраст полицейского оркестра. В каком-то смысле они ровесники... Ну что же, очень любопытный и во многом показательный сюжет: оркестр Израильской полиции играет музыку, которая очень по душе главным слушателям и ценителям — представителям того поколения, которое прошагало с ней извилистыми дорогами своей нелегкой жизни.

В 2021 году исполнится сто лет со дня основания Оркестра полиции Израиля. Солидная дата. Что за этим стоит?

Все хитросплетения ближневосточной политики. Чего только не было! Арабские погромы, партизанская война, Британский мандат... Но при любых режимах и обстоятельствах нужна была полиция, чтобы охранять закон, который изначально был не на нашей стороне.

Конечно, были и умные прозорливые люди по ту сторону британских баррикад. Они и решили, что полиции нужен оркестр, а в 1948 году при создании Государства Израиль наше первое правительство постановило: оркестру быть! Быть — и продолжать традиции, заложенные в 1921 году капитаном британской полиции Обери Сильвером.

Я задаю дирижеру Оркестра полиции Израиля простой и банальный вопрос в связи с приближающимся столетием: каковы творческие планы? И он отвечает мне столь же просто, буднично:
— Готовимся к встрече 100-летия основания оркестра. Вот тут непочатый край работы. В планах — записать диск, куда войдут новые обработки и популярные произведения. Пока все только в задумках. До воплощения всего этого в жизнь еще есть время. Думаем, думаем, думаем: как получше отметить юбилей! Это сейчас самая лучшая и самая интересная наша творческая перспектива.

Партита.РФ 
Первая в российской сети библиотека нот для духового оркестра
Сайт работает с 1 ноября 2005 года
The first sheet music library for wind band in Russian web
The site was founded in November 1, 2005
Windmusic.Ru  Sheetmusic.Ru  Windorchestra.Ru  Brassband.Ru
Ноты для некоммерческого использования
Открытая библиотека — качай, печатай и играй
eXTReMe Tracker
Free sheet music for non-profit use
Open library — download, print and play